«Пиар — его суперсила»: Вячеслава Гладкова в Белгородской области сменит «кириешка в погонах»

Отставка губернатора Белгородской области Вячеслава Гладкова стала мемом задолго до 13 мая, когда е ё официально оформили указом Владимира Путина. На место главы региона, сильнее всего страдающего от войны, в шутку сватали даже Дональда Трампа, насчёт ухода Гладкова заключали пари, а про обсуждаемых преемников собеседники «Вёрстки» в органах власти говорили «этот точно хуже». Из ноунейма в начале губернаторства Гладков стал кем-то вроде «народного начальника» за счет регулярного прямого общения с гражданами. Заменит Гладкова генерал ВДВ Александр Шуваев, почти не имеющий гражданского опыта управления.

Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал

«А вот и мой вискарь!», — радостно написал журналисту «Вёрстки» вечером 13 мая чиновник одного из регионов Центральной России и репостнул новость об отставке Вячеслава Гладкова. Как выяснилось, собеседник в споре со своим коллегой поставил на то, что Гладков уйдет. И теперь его ждал приз. Журналист «Вёрстки» разделить радость источника не мог: свой аналогичный спор он только что проиграл. Больше месяца хайпа вокруг то ли уходящего, то ли просто приболевшего Гладкова сделал рутинный для современной России кадровый вопрос одной из самых обсуждаемых политических тем.

Российские «подцензурные» СМИ и телеграм-каналы соревновались в версиях причин возможной отставки — от падения рейтингов до, наоборот, слишком высокой поддержки населения, а также о карьерном будущем Гладкова: его отправляли то в Абхазию, то в Минэкономики РФ.

Выбор потенциальных кандидатов на замену Гладкова был большой: источники «Вёрстки» и других медиа в разное время называли самарского губернатора Вячеслава Федорищева, его астраханского коллегу и выходца из ФСО Игоря Бабушкина, а также замглавы Иркутской области Александра Шуваева — генерал-десантник и участник войны в Украине в итоге стал врио губернатора Белгородской области. Но в шутку ходили и другие версии — так, журналистка Ксения Собчак предлагала назначить на Белгород Дональда Трампа.

Местный телеграм-канал «Пепел.Белгород», первым из медиа правильно назвавший в качестве будущего преемника Шуваева, сообщил, что последние дни в качестве главы региона Гладков провел не в Гагре или Москве, а в расположенном на линии Северного полярного круга Салехарде, столице ЯНАО. Впрочем, власти округа, по данным двух источников «Вёрстки» в «тюменской матрёшке», «никаких политически значимых кадровых перестановок» не планировали.

Из ноунейма в «народные губернаторы»

Переезд в Белгородскую область для абсолютно непубличного к тому моменту Вячеслава Гладкова не сулил ничего хорошего. За спиной у него была работа в закрытом городе Заречный Пензенской области, фактически управляемом «Росатомом», а также должность зама по внутренней политике при склонных к публичности бывшем главе Севастополя Дмитрии Овсянникове и губернаторе Ставрополья Владимире Владимирове. Ещё в Заречном он познакомился с Александром Харичевым, ключевым подчиненным главы внутриполитического блока Кремля Сергея Кириенко. Тогда и Харичев и Кириенко были в руководстве «Росатома». Дружба с Харичевым, по словам двух источников «Вёрстки», близких к внутриполитическому блоку Кремля, была одним из главных «бустов» карьеры Гладкова.

В Белгороде Гладкова встретила консолидированная местная элита, которую под себя 17 лет выстраивал его предшественник Евгений Савченко. Бывшие замы Савченко руководили крупнейшими агрохолдингами региона, находившимся в числе лидеров по производству свинины и курятины в России. С главным бизнесом Белгородской области — структурами «Металлоинвеста» Алишера Усманова у Савченко был мир и взаимопонимание, а даже призрачных политических конкурентов он из региона выдавливал.

Так, например, случилось с активным областным депутатом-коммунистом Николаем Мухиным. Его за активность в выявлении местных безобразий Савченко даже в шутку назвал «ночным губернатором», а в июне 2013 года старшие товарищи из ЦК КПРФ уже всерьез отправили Мухина рулить коммунистами на Кузбасс. Уже в 2024 году, после ухода Савченко, он вернулся в Белгород и вновь стал активным депутатом.

Спокойствие граждан Савченко обеспечивал экономическими успехами. Помимо успехов агрохолдингов, достаточно упомянуть, что в какой-то момент квартиры в небольшом 400-тысячном Белгороде стоили дороже, чем в соседнем миллионнике Воронеже, а по строительству индивидуального жилья регион был в лидерах благодаря областным льготным программам.

Как выяснилось позже, такая консолидация власти отчасти имела и псевдорелигиозные причины: несколько крупных руководителей Белгородской области во главе с самим Савченко уверовали в то, что мир создал некий «Моностон», о чём экс-губернатор даже написал книгу с говорящим названием «Потрясение».

Гладков приехал в регион после того как Савченко использовал своё влияние и устроил «последний взбрык», как это тогда называли журналисту «Вёрстки» чиновники из полпредства в ЦФО. В сентябре 2020 года он неожиданно для Москвы написал заявление об отставке. Полностью подконтрольная Савченко областная дума назначила его своим сенатором, а в качестве и.о. губернатора утвердила ныне объявленного в розыск Дениса Буцаева, на тот момент почти год руководившего Российским экологическим оператором, главным оператором мусорной реформы в стране.

«Савченко продолжал сидеть в своем кабинете, а Буцаеву выделили помещение поскромнее. Формальный „глава региона“ боялся в лишний раз зайти к формальному сенатору», — рассказывал тогда журналисту «Вёрстки» белгородский чиновник. Этот политический «пожар» внутриполитический блок Кремля через два месяца потушил назначением Гладкова — «надежным проверенным кадром». Савченко остался в Совете федерации, а Буцаев вернулся обратно на должность главы Российского экологического оператора.

Гладков стал полной противоположностью Савченко. Экс-губернатор в последние десять лет своего правления давал большие интервью, в основном, специфическим журналистам вроде Александра Проханова и телеканала «Спас», а его отчеты и пресс-конференции были похожи на выступления советских аграрных руководителей.

Гладкова с первых же дней в Белгороде местные журналисты «случайно» встречали в супермаркете с семьей или просто на улице. Он быстро ввёл открытые заседания областного правительства, ездил по всей области и лично каждый вечер отвечал на частные вопросы граждан в своих соцсетях в рамках короткой рубрики «10 вопросов губернатору». «Белгородцам это было как глоток воздуха после Савченко. Гладкова быстро приняли, и он стал популярным», — говорит политолог, попросивший «Вёрстку» не публиковать его имя.

Среди граждан, невовлеченных в политику, такое поведение было популярно. Но местные журналисты иронично называли Гладкова «человеком-методичкой». Именно в это время с подачи внутриполитического блока Кремля губернаторы начали показывать максимальную открытость для граждан и лично решать даже мелкие проблемы вроде неработающей водокачки или упавшего забора.

Гладков чуть ли не буквально выполнял все требования, а его подчиненные даже ездили делиться «передовым» опытом с другими губернаторами-новичками. Например, одна из ключевых соратниц Гладкова, руководитель информационного блока областного правительства Оксана Тарантова в 2023 году приезжала в Омскую область к только что назначенному главе этого региона Виталию Хоценко.

«Он тоже пытался исполнять народного губернатора, но получалось что-то в духе блога „Я и мои пацаны“. Зачем-то звал в Омск белгородского боксера Дениса Лебедева, снимался с ним в обнимку. В общем, пришлось поправить», — говорил журналисту «Вёрстки» политтехнолог, работавший в то время в Сибири.

«Гладков показывал яйца»

Настоящие испытания для Гладкова начались вскоре после начала полномасштабного вторжения России в Украину. С 2022 года Белгород и окрестности регулярно подвергались обстрелам и проникновениям украинских «диверсионных групп», как их называло российское Минобороны.

Гладков войну сразу поддержал, позировал в свитшоте с огромной белой буквой Z, но сама стратегия коммуникаций с началом войны не изменилась. Просто к сломанным водокачкам и заборам среди тем его общения с жителями добавились ликвидация последствий обстрелов, споры вокруг дистанционного обучения школьников в приграничных районах и прочие связанные с войной бытовые проблемы, которые немедленно пришли в Белгород. Приграничные сёла власти начали эвакуировать ещё в 2022 году. А зимой 2025—2026 года ВСУ начали успешно уничтожать энергетику столицы региона.

Когда сотни тысяч жителей оказались без света и воды, Гладков призывал белгородцев «быть готовыми к переезду» и признавал, что власти не в состоянии быстро и полностью справиться с последствиями ударов. Тогда же он заявил в одном из своих ежедневных видеороликов: «Вы знаете, мы никогда не обманываем и говорим как есть». К весне 2026 года он стал едва ли не единственным публичным представителем исполнительной власти, открыто критиковавшим действия властей по ограничению интернета. И даже зачитывал сообщение одного из белгородцев о том, что сотрудников Роскомнадзора «надо судить» за их действия.

Говорил он это в ситуации, когда два его бывших заместителя Владимир Базаров и Рустэм Зайнуллин уже находились под следствием в рамках уголовного дела о хищениях на строительстве приграничных защитных сооружений. Схожее разбирательство в соседней Курской области к этому моменту дорого обошлось двум бывшим тамошним губернаторам: Алексей Смирнов получил 14 лет заключения, а его предшественник и бывший шеф Роман Старовойт застрелился, якобы, незадолго до планировавшегося ареста.

Гладков открыто защищал обоих своих замов: про Базарова он говорил, что информацией по его делу он не располагает, а про Зайнуллина — что у того даже в полномочиях не было заниматься оборонительной стройкой. «Да и дело там, похоже, липовое. Как украденные им вменяют деньги, которые были пущены на обнал, а оттуда — на зарплаты работягам. Если бы им платили вбелую, был бы огромный минус, и никто бы на этот подряд не пошел», — говорит бизнесмен, начинавший карьеру в Белгородской области.

«Это вообще в стиле Гладкова. Он мог в присутствии десятков людей на каком-нибудь совещании „предъявить“ не только федеральным чиновникам, но даже военным за какой-нибудь косяк», — вспоминал в беседе с «Вёрсткой» белгородский чиновник.

Собеседник «Вёрстки» также упомянул историю начала 2025 года, когда пьяные военные в центре Белгорода врезались в «Скорую», погибли два фельдшера. «Губер был в ярости и требовал для них самых страшных кар», — говорит тот же чиновник. Это подтверждается и публичными выступлениями губернатора, в которых тот назвал виновников аварии «преступниками, которым нет прощения».

«А когда ему „предъявляли“ в ответ за какие-то управленческие решения, он часто упирался и отстаивал их. Яйца показывал, что нетипично. В такой ситуации легко нажить врагов даже в обычной жизни. А тут вокруг появляются нехорошо думающие о тебе люди из федеральных ведомств и Минобороны. Вот и началась борьба за отставку», — говорит «Вёрстке» руководитель одной из крупных АНО, близких к Кремлю.

В числе таких конфликтов он назвал «борьбу за белые списки» — Гладков, якобы, пытался сделать так, чтобы Telegram и «социально важные приложения» работали в регионе без перебоев. «При этом он никогда не говорил ничего даже условно „оппозиционного“, всегда указывая на то, что эти требования — лишь вопрос безопасности мирных жителей», — уточняет собеседник.

Собеседники «Вёрстки» в белгородских госструктурах и медиа говорят о Гладкова лично как о «добром и неравнодушном человеке». Они вспоминают, что он взял из приюта бездомную собаку, показывал свою кошку по кличке Запеканка, любил свою семью и не отказывал себе в приятных вечерах.

Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал

По словам собеседников «Вёрстки», любимым заведением Гладкова в Белгороде был итальянский ресторан Salvatore, названный по имени его владельца и известный в городе «настоящей семейной итальянской кухней». Кроме того, они вспоминают как Гладков поздравлял белгородок 8 марта 2020 года. Он выложил видео, где переоделся в мушкетёра, взял шпагу и проговорил: «Дожить бы до вечера!». Не все принимали это за чистую монету. «Это же всё образ, талантливо слепленный Оксаной Вадимовной [Тарантовой]. Не удивлюсь, если и бег, и собачка, и ресторан это её режиссура. А он, безусловно, талантливый актёр. И совершенно точно — нарцисс», — добавляет скепсиса белгородский журналист.

Жителям такой стиль Гладкова, похоже, «отзывался». «Приходишь к парикмахеру, а она тебе в процессе укладки рассказывает как сильно переживает за Гладкова, что нельзя чтобы его сняли и вообще на кого же он нас оставляет? И от тебя требуется либо дать „инсайд“ либо присоединиться к этим стенаниям», — рассказывает «Вёрстке» руководительница одной из федеральных структур, работающих в Белгородской области.

Но на деятельность Гладкова есть и другой взгляд. Консолидация вокруг прошлого губернатора Савченко базировалась, помимо всего прочего, и на контроле местных кланов над экономикой. При Гладкове они почти полностью потеряли влияние. Бывший зам Савченко и глава «Приосколья», одного из крупнейших производителей курятины в РФ, Геннадий Бобрицкий оказался под следствием вместе с авторитетным бизнесменом Владимиром Тебекиным по прозвищу Моряк. «Бобрицкий был у Савченко „замом по братве“. А Тебекин — настоящим ночным губернатором. Можно было к нему прийти и сказать — Владимир Михайлович, я вам не могу отдать сейчас долг. Моряк, конечно, человек добрый. Но выговорить такое было очень страшно», — рассказывает бизнесмен, начинавший карьеру в Белгороде.

Другой флагман «белгородского аграрного чуда», производитель свинины «Агро-Белогорье», которым руководил другой бывший зам Савченко Владимир Зотов, при Гладкове купила московская группа «Русагро» Вадима Мошковича, раньше представлявшего Белгород в Совете федерации. Сам Мошкович в итоге оказался под следствием и в СИЗО, «Русагро» национализировано, но к «белгородским» право на бывшие активы Зотова уже не вернулось. С ним Гладков тоже старался не ссориться. Теперь уже бывший губернатор рассказывал журналистам о том, что «Русагро» систематически вкладывается в местную социалку, и даже после ареста Мошковича не отзывался о нем в негативном ключе, по крайней мере, публично.

«Разъебали при Гладкове дороги и ЖКХ. „Приосколье“ отжали, „Агро-Белогорье“ продали, „Эфко“ [крупный масложировой холдинг белгородского „происхождения“] перерегистрировался в Воронеж, инвестпроект Усманова проебали [речь о „замороженной“ новой фабрике „Металлоинвеста“ стоимостью около 210 миллиардов рублей, это сопоставимо с годовыми расходами бюджета региона]. Зато у нас тюльпанный фестиваль!», — жаловался «Вёрстке» в апреле один из местных предпринимателей.

«Случилось то, чего мы опасались…»

Всё изменилось в апреле 2026 года, после появления первых серьезных публикаций о предстоящей отставке Гладкова. Он объявил, что впервые за несколько лет берет двухнедельный отпуск. Почти сразу после этого в отставку ушла Оксана Тарантова, «правая медийная рука» Гладкова. И именно это выглядело куда большим подтверждением его будущей отставки, чем публикации в СМИ.

«Пиар — его суперсила. Вряд ли какое-то направление он понимал лучше и больше ценил. До того как стать первым лицом он сам им управлял руками, а в Белгороде медиа-менеджментом занималась именно Тарантова», — описал ситуацию работающий с Кремлем политтехнолог. «Именно она этот „народный образ Гладкова и выстроила“», — оценил роль Тарантовой в команде губернатора местный журналист.

Изменения сразу сказались на том, что публично сообщалось от имени Гладкова. Сам он полностью пропал из «эфира», а его социальные сети теперь состояли из сообщений об обстрелах, регулярных отчетов о передаче техники войскам (Гладков и раньше постоянно сообщал о своей поддержке фронту и борьбе с «украинскими террористами») и информировании о жертвах. «Гладков» в соцсетях стал буквально фальшивить — появились совершенно нетипичные для стиля пиарщиков Гладкова фразы вроде «Не один раз видел слова благодарности в книге отзывов и даже стихи!»

Первое после публикации указа об отставке Гладкова сообщение его канале начинается со слов: «Случилось то, чего мы опасались…» И оно не об отставке, а об очередной гибели мирного жителя из-за атаки дрона. Белгородцам о своем уходе Гладков рассказал только на следующее утро. На фоне зеленой рябины и пения птиц, стоя в куртке (в Салехарде на момент выхода ролика было +6 градусов) он сообщил, что «решение принято, покинул пост губернатора», но не уточнил кем принято и почему покинул.

Ранее человек из окружении Гладкова говорил «Би-би-си», что тот не собирался в отставку, хотя и о предстоящих в сентябре выборах главы региона «не успевал» думать из-за сложной обстановки в регионе. В первую очередь Гладков поблагодарил Путина за поддержку, затем «тех, кто стоял в одном строю», так как благодаря им «вырастали крылья» и критиков, а также пожелал всем «божьего благословения» и «Победы». Добавив что «всегда рядом», то есть так официально и не попрощавшись.

«Кириешка в погонах»

Гладков был типичным «кириешкой» — так журналисты, политологи и чиновники часто называют людей, карьерно полностью лояльных и «созданных» внутриполитическим блоком администрации президента, возглавляемым Сергеем Кириенко. Карьера Гладкова выглядит именно так — от старта своей карьеры в городе «Росатома», которым тогда руководил Кириенко, через близкое знакомство с прямыми его подчиненными и занятия политтехнологиями до неукоснительного исполнения придуманной кремлевскими чиновниками роли «народного губернатора». Его преемник Александр Шуваев имеет все шансы стать типичным «кириешкой в погонах».

Если Гладков — выпускник «Школы губернаторов», гражданского кадрового проекта Кириенко, то Шуваев — участник программы «Время героев», карьерного лифта на госслужбу уже для «участников СВО». Как и Гладков до своего назначения в Белгород, Шуваев выглядит как «ноунейм». Причем не только для белгородцев, но и, похоже, для тех, кто успел с ним поработать.

По крайней мере, ничего примечательного о Шуваеве не смогли рассказать ни опрошенные «Вёрсткой» военные обозреватели и военкоры, ни официальные ресурсы Минобороны. Известно, что он получил звание Героя России за участие в операции по взятию Авдеевки. Он всю карьеру прослужил в ВДВ, и имеет двух менее успешных братьев-близнецов, также ставших десантниками, но до генералов не дослужившихся.

В Иркутской области, где Шуваев работал вице-губернатором с января, он тоже больших следов не оставил. «Знаю, что пьёт», — сказал «Вёрстке» один из занимавшихся этим регионом политтехнологов. В официальных публикациях правительства Иркутской области указывается, что Шуваев, будучи участником «Времени героев», был стажером лично у губернатора Игоря Кобзева.

Но реальных полномочий у Шуваева было немного. Если во время стажировки он еще ездил с Кобзевым по соцобъектам и сидел на экономических совещаниях, то после отмечался лишь в общении с «ветеранами СВО» и их родственниками. «Он ничем не успел тут отметиться. Поработал пару месяцев, и его выдернули. Кобзев успел объявить, что у него будет направление взаимодействия с ветеранами. Но с тех пор ни значимых инициатив, ни каких-то других активностей за ним замечено не было», — оценил его работу депутат Госдумы, работающий в Иркутской области.

Из-за всего этого Шуваев резко отличается от своих предшественников-генералов, становившихся в России главами регионов. Обычно это были люди, которые зарабатывали себе репутацию именно как генералы, и затем растрачивали её как политики. Относительным исключением можно назвать, разве что, Бориса Громова, генерала-«афганца», 12 лет руководившего Подмосковьем, но без ярких достижений зато с коррупционными скандалами. Одним из самых знаковых губернаторов, сделавших себе имя непосредственно на войне, был генерал-десантник Владимир Шаманов, один из двух ключевых российских военачальников Второй Чеченской войны. Сразу после окончания её активной фазы, он, уже стал известен на всю страну, в 2000‑м году возглавил Ульяновскую область.

Работавший с этим регионом чиновник в разговоре с «Вёрсткой» вспоминает, что граждане открыто обсуждали успехи Шаманова «на пьянках» и его управленческие провалы. В итоге он не доработал даже свой первый срок, а через несколько лет вернувшись в действующие войска, где успел еще повоевать — в 2008 году в Грузии. А в 2016‑м году был избран от «Единой России» в Госдуму.

Еще раньше Красноярским краем руководил экс-кандидат в президенты РФ и бывший глава Совбеза Александр Лебедь (погиб в авиакатастрофе в апреле 2002 года). Губернаторами без особых успехов работали и другие военнослужащие, сделавшие себе репутацию именно в своих ведомствах. К примеру, в «нулевых» Воронежской областью руководил генерал ФСБ Владимир Кулаков, после отставки указывавший журналисту «Вёрстки» в качестве своего достижения то, что он один смог проработать на этом месте два полных срока. Другие бывшие силовики вроде экс-глав Дагестана Сергея Меликова и Владимира Васильева, больше запоминались перед назначением именно как гражданские руководители, а не как генералы.

В случае Шуваева почти не известный именно как военнослужащий генерал получает должность губернатора «на вырост». Но в Белгороде его ждут с откровенной опаской.

«Когда десантник управляет девушками из финуправления, мужиками-коммунальщиками, а также аграриями и строителями, ничего кроме плохой казармы получиться не может. Это точно хуже, чем Гладков, но вариантов кроме как принять его у нас уже нет», — сказал «Вёрстке» белгородский бизнесмен, узнав о назначении Шуваева. «Чтобы быть хорошим губернатором, ты должен понимать как работает государство. Какие связи между министерствами и регионами, да и между собой. У Кобзева Шуваев этому точно научиться не мог: тот до сих пор слабо в этом разбирается», — оценил назначенца работающий в Иркутске депутат Госдумы.

Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков заявил, что к Гладкову у Кремля претензий нет и ему «безусловно, будут предложены варианты трудоустройства». Сам Гладков о своих планах не говорил. Один из собеседников «Вёрстки» рассказал, что он, якобы, «не очень воспринял два предложения о новой работе» и, фактически, отклонил их.

Обложка: Марина Левкова