«Мама, мы скоро будем»

Украина ищет своих детей-сирот, вывезенных в РФ, и считает, что их массовая «эвакуация» — это международное преступление со стороны России. «Вёрстка» рассказывает, где сейчас находится часть детей и что с ними происходит

«Мама, мы скоро будем»

С конца февраля, по данным российских и украинских СМИ, как минимум 2 000 детей-сирот из Украины пересекли границу с Россией. Среди них воспитанники детских домов и интернатов, а также беспризорные дети, потерявшие связь с родителями из-за боевых действий. Украина утверждает, что согласия на их вывоз в РФ не давала.

Проблему «насильственной депортации» детей с востока Украины в Россию поднимал и Верховный комиссар по правам человека ООН. По международному праву вывоз несовершеннолетних на территорию страны-агрессора сам по себе расценивается как насильственное перемещение и преступление против человечности. Согласно докладу Американского Института стратегии и политики New Lines и канадского Центра прав человека Рауля Валленберга, случаи вывоза сирот могут быть использованы в качестве доказательств геноцида, в котором Украина уже обвинила Россию.

«Вёрстка» попыталась выяснить, где и как сейчас живут вывезенные дети, могут ли их усыновить в России и как в нынешней ситуации будет действовать Украина.

Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал

«Ищу племяшек»

В конце марта в группе мариупольского интерната «Центр опеки» (также известен под новым названием «Крылья надежды». — Прим. ред.) в фейсбуке появился комментарий от подписчицы Ксении (имя изменено): «Подскажите, куда деток эвакуировали. Ищу племяшек». Этот комментарий остался без ответа.

Ксения живёт в Мариуполе. Её племянники — пятилетняя Вика и десятилетний Артём (имена детей изменены) — остались сиротами в 2021 году, когда их мама умерла от воспаления лёгких. Сначала Ксения забрала детей к себе на два месяца, но стать их официальным опекуном не смогла по юридическим причинам. Брата с сестрой забрали в интернат, где тётя регулярно их навещала.

В последний раз она приезжала к племянникам перед Новым годом. Ксения обещала снова навестить их на Рождество, но сильно заболела и попала в больницу. Она собиралась приехать, как только почувствует себя лучше. Но когда начались военные действия, связь с интернатом оборвалась. В администрацию стало невозможно дозвониться. «Я планировала привезти детям мобильный телефон, чтобы им всегда можно было позвонить, но не успела», — рассказывает она.

Nadia Sito­va /Unsplash

Ксения попыталась узнать, что произошло с интернатом. Знакомые в полиции сообщили ей, будто бы «Центр опеки» эвакуировали, но куда именно — неизвестно. Как раз в это время в Мариуполе шли сильные обстрелы. Ксения рассказывает, что все её мысли были только о том, чтобы остаться в живых и чтобы племянники были в безопасном месте.

За следующие четыре месяца ей так и не удалось выяснить, куда уехали дети. Ксения говорит, что сайт «Центра опеки» с контактами администрации просто «пропал» — она не могла найти его по поисковым запросам. Мобильных номеров сотрудников учреждения у неё не было.

Раньше на фейсбук-странице интерната была ссылка на портал «Мариуполь» с контактами «Центра опеки» и общей информацией. Но теперь по ссылке высвечивается только ошибка 404.

Ксения удивилась, что не видит сообщений от других людей, разыскивающих подопечных интерната, ведь у многих детей были родные, которые регулярно забирали их к себе на выходные и праздники. Но контактов этих людей у Ксении не было, так что она не могла связаться с ними и спросить, известно ли им что-то о её племянниках. Поиск осложнялся тем, что в городе были проблемы с мобильной связью и интернетом.

Международный скандал

Пока Ксения искала племянников, появилась информация о том, что часть детей, вывезенных из Мариуполя, могут находиться в России. Советник мэра Мариуполя Пётр Андрющенко 31 мая написал об этом в своём телеграм-канале. Он сообщил, что, по его информации, 267 детей из Волновахи и Мариуполя (включая пригородные районы) якобы находятся в спортивно-оздоровительном комплексе «Ромашка» под Таганрогом в Ростовской области, и даже приложил точные координаты, широту и долготу: по данным Андрющенко, «Ромашка» находилась в посёлке Золотая Коса на Азовском море.

Telegram-канал Андрющенко Time

Позже стали появляться другие заявления об украинских детях-сиротах, вывезенных в РФ из так называемых ЛНР и ДНР, а также, предположительно, и с других территорий Украины. Депутаты Верховной Рады 10 июня зарегистрировали проект постановления об обращении к Комитету ООН по правам человека, Комитету ООН по правам ребёнка, Международному суду ООН в Гааге и Верховному комиссару ООН по делам беженцев. В этом обращении они попросили защитить украинских детей, «похищенных и принудительно вывезенных». Региональный координатор ЮНИСЕФ Афшан Хан заявил, что организация работает над документированием случаев вывоза.

Верховный комиссар ООН по правам человека 15 июня выразила обеспокоенность в связи с сообщениями о возможной «насильственной депортации» украинских детей с востока страны в Россию для усыновления. Ясминка Джумхур, одна из трёх следователей, входящих в состав Комиссии по расследованию событий в Украине, заявила на пресс-конференции в Киеве, что достоверных данных, предоставленных государственными учреждениями Украины, о количестве пропавших детей и подростков, пока нет.

16 июня Великобритания объявила о санкциях против российских чиновников, в том числе против уполномоченной при Президенте по правам ребёнка Марии Львовой-Беловой, за участие в «насильственном перемещении» двух тысяч детей-сирот и подготовку к их усыновлению.

«Вёрстка» решила помочь Ксении разыскать племянников и узнать, находятся ли они в РФ. Заодно мы попытались выяснить, кого из украинских детей-сирот вывезли на территорию России, в каких условиях они живут и что будет с ними дальше.

«Это дети Украины»

Ростовская область не скрывает, что сейчас на территории региона находятся как минимум несколько сотен детей, вывезенных из мест боевых действий. При этом в СМИ говорится лишь о сиротах, которые раньше жили в так называемых ДНР и ЛНР (Границы этих «республик» СМИ и политики трактуют по-разному. Одни — как территорию, фактически неподконтрольную Украине по состоянию на 24 февраля 2022 года, другие — как Луганскую и Донецкую области полностью. Что имеется в виду в данном случае, неизвестно, — Прим. ред.).

Уполномоченная по правам ребёнка в Ростовской области Ирина Черкасова на встрече с губернатором Василием Голубевым
Фото: Telegram-канал правительства Ростовской области

«Вёрстка» отправила запрос уполномоченной по правам ребёнка в Ростовской области Ирине Черкасовой, чтобы выяснить, из каких именно украинских городов эвакуировали детей в Ростовскую область и сколько сирот принял регион. Эти вопросы Черкасова оставила без ответа, но написала, что «несовершеннолетние воспитанники организаций для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, прибывшие из ДНР и ЛНР, со своими законными представителями проживают в ПВР Ростовской области, посещают образовательные организации в соответствии с образовательными программами, учитывающими уровень их образования и состояния здоровья».

Черкасова также уточнила, что несовершеннолетним «предоставлены необходимые носильные вещи, школьные и канцелярские принадлежности, организован досуг».

В начале июня «Вёрстка» нашла спортивно-оздоровительный комплекс «Ромашка», о котором писал Андрющенко. Выяснилось, что «Ромашка» действительно объявляла в своих соцсетях, что на неопределённый срок прекращает продажи путёвок в ежегодный детский лагерь на берегу Азовского моря и будет функционировать как ПВР (пункт временного размещения. — Прим. ред.). Двадцать третьего февраля «Российская газета» также публиковала заметку о том, что в комплексе «Ромашка» разместили 250 детей, которых вывезли 19 февраля из нескольких детдомов Донецка. О других городах информации в материале не было.

Мы связались с сотрудниками «Ромашки», и они подтвердили: в ПВР, который открылся на базе спортивно-оздоровительного комплекса, находятся «эвакуированные» воспитанники интернатов. Но также ничего не сказали о городах, откуда приехали дети.

Кадр: «Российская газета»

По информации источников «Вёрстки», знакомых с администрацией «Ромашки», сейчас на базе находятся 414 детей из четырёх интернатов. Самым младшим два года, самым старшим — 18 лет. Источники подтвердили, что в «Ромашке» живут воспитанники из интернатов Донецка, а также из интерната Углегорска — для детей с особенностями развития и слабовидящих детей. Проверить данные о том, что дети-сироты из Мариуполя и Волновахи также там находятся, не удалось.

Руководитель ПВР отвечать на вопросы «Вёрстки» отказалась. «Мы не даём информацию», — заявила она. Когда журналист попросил уточнить причины отказа и упомянул уже выходивший текст в «Российской газете», она сказала, что не знает, «кто это написал».

«Вёрстке» удалось найти племянников Ксении. Оказалось, что они не в «Ромашке» и даже не в России. С помощью украинских коллег издание связалось с руководством интерната «Крылья надежды» (новое официальное название «Центра опеки». — Прим. ред.), где жили дети.

Директор интерната Наталья Лащевская рассказала, что один ребёнок находится во Львовской области, другой — в Европе (более точную информацию“Вёрстка” передала Ксении — Прим. ред.). Директор также добавила, что эта эвакуация временная, и племянники Ксении обязательно вернутся в Мариуполь. «Это дети Украины. И они будут возвращены сразу же после того, как Украина будет готова нас принять. Моё желание — вернуться уже сегодня», — сказала она.

Также она добавила, что, по её информации, воспитанники мариупольских детдомов «точно не могли» оказаться в России. Ей известно, что всех детей вывезли в другие места.

Но, по мнению советника мэра Мариуполя Петра Андрющенко, дети из Мариуполя и Волновахи в «Ромашке» всё-таки есть. В разговоре с «Вёрсткой» Андрющенко заявил, что 267 детей, якобы вывезенных в «Ромашку», — это «не официальные сироты», а дети, которые потеряли связь с родителями из-за боевых действий и стали беспризорными. Они не попадали в интернаты, поэтому в учреждениях нет информации о них.

Он добавил, что установить личность этих детей сейчас невозможно и что никто из их близких пока не инициировал поиск. По последним оценкам мэра, в Мариуполе погибли около 22 тысяч человек. Это каждый двадцатый житель города. Возможно, у некоторых детей погибли все родственники, и искать их некому.

Начальник управления Мариупольского городского совета по вопросам информации Виталий Фальковский подтверждает, что все дети из сиротских учреждений были вывезены на запад Украины и в Европу. Но в России, по его словам, могли оказаться те, кто в этих учреждениях не числился. «Это дети, которые находились в больницах города и в детском санатории, — объяснил он „Вёрстке“. — А также дети, которые в ходе боевых действий потеряли родителей или просто потерялись. Не все эти мариупольские дети в ходе войны стали сиротами, часть из них принудительно разлучена со своими семьями и родственниками». По информации Фальковского, таких детей может быть около 700. Но он отмечает, что эти данные пока ещё проходят верификацию.

О том, что в России могут быть дети из Мариуполя, говорит и министр социальной политики Украины Марина Лазебная. По её словам, Россия не дала Украине возможность эвакуировать их в безопасное место на своё усмотрение и вместо этого вывезла на собственную территорию.

«Ситуация в Мариуполе была самой сложной, — говорит Лазебная. — Мы хотели вывезти детей, но российская сторона не одобрила зелёный коридор (Впрочем, российские СМИ утверждают, что в те дни был открыт зелёный коридор в сторону Западной Украины. — Прим. ред.). Представьте, что они не позволили нам забрать наших детей из опасного места, а потом мы видим, что они везут их в Россию!». Правда, никаких данных о том, где именно находятся эти дети, у Лазебной нет.

«Ромашка»

«Ромашка» — один из лучших детских комплексов на берегу залива Азовского моря, в 30 километрах от Таганрога. На территории есть два больших бассейна, баскетбольная, волейбольная и футбольная площадки, в вольерах живут павлины и белки.

Фото: sokromashka.ru

«Как только мы приехали, нас сразу разместили на отдельном этаже, по пять детей в каждой комнате. Везде было очень тепло, кровати застелены чистым бельём. Мыло, шампунь, полотенца — всего достаточно», — говорила в феврале «Российской газете» замдиректора Детского социального центра города Донецка Елена Плотникова.

«Вёрстка» нашла волонтёра, приезжавшего в «Ромашку» с гуманитарной помощью, и расспросила об условиях, в которых живут дети. Очевидно, если раньше подопечным интернатов в «Ромашке» было «всего достаточно», то на сегодняшний день ситуация с гуманитарной помощью изменилась. На базу, по словам волонтёра, часто привозят игрушки и сладости, но не хватает других вещей. Детям и подросткам нужны прокладки, гели для душа, дезодоранты, зубная паста, влажные салфетки, бумага А4, цветные карандаши. Всё это числится в списках необходимой гуманитарной помощи для добровольцев.

Также волонтёр рассказала «Вёрстке», что для детей в «Ромашке» устраивают дискотеки, организуют кружки и проводят спортивные мероприятия. С некоторыми сиротами занимаются психологи. В День России в комплекс приезжали байкеры с флагами. Волонтёр говорит, что на территории базы она встретила подростка, который во время прогулки слушал гимн России на мобильном телефоне. Также она видела большую надпись «Россия», нарисованную мелом на асфальте.

По словам волонтёра, среди детей в «Ромашке» есть круглые сироты, у которых нет родственников, а также те, кто остался без попечения, потому что их отцы погибли на войне. Сотрудники рассказывали, что многие дети часто говорят о том, что хотели бы вернуться домой.

Как долго они будут жить в «Ромашке», неизвестно. Отапливаемые корпуса позволят им остаться в ПВР на осень, но об их дальнейшей судьбе на базе не знают. Одна из сотрудниц «Ромашки» в разговоре с волонтёром сказала, что не знает, возможно ли усыновление детей. На самом деле это противоречит украинскому законодательству. Но оформить усыновление юридически будет проще, если дети станут гражданами России.

30 мая Путин подписал указ об упрощённой процедуре получения гражданства для детей-сирот из ДНР, ЛНР или Украины. Согласно указу, подать заявление на получение гражданства для детей могут опекуны и попечители детей-сирот, которые являются гражданами России, ДНР, ЛНР, Запорожской либо Херсонской областей Украины, а также руководители сиротских учреждений.

В День защиты детей, 1 июня, губернатор Василий Голубев встретился с уполномоченной по правам ребёнка в Ростовской области Ириной Черкасовой и поинтересовался, как выполняется подписанный указ президента. Черкасова ответила, что к выполнению приказа в области уже приступили, а учёт прибывших детей помогает вести Министерство образования. «Вёрстка» пыталась узнать у Черкасовой, как скоро дети могут получить российское гражданство, но омбудсмен ответила, что эти вопросы не входят в её компетенцию.

«Во что бы то ни стало вернуть домой»

С начала боевых действий, по словам министра социальной политики Украины Марины Лазебной, Украина эвакуировала около семи тысяч детей-сирот из тех областей, где шли сражения и обстрелы — Киевской, Донецкой, Луганской, Черниговской и Сумской. Большинство детей оказались в Польше, Германии, Италии и Испании. Поскольку эвакуацией сирот занимались украинские власти, они знают, где сейчас находятся дети и кто за них отвечает.

Но судьба детей, оказавшихся на территории России, Украине неизвестна, и их пытаются найти. В интервью чешскому изданию Denik Лазебная говорит, что депортированных сирот планируют «во что бы то ни стало вернуть домой». При этом, по словам Лазебной, они «ни при каких обстоятельствах не могут быть кем-то усыновлены». Министр подчёркивает, что в такой ситуации детей даже временно нельзя передавать в семьи за границу.

Сейчас в Украине упростили процедуру оформления опекунства, чтобы родственники вывезенных детей могли воссоединиться с ними через международные организации. Например, предполагается, что человек может обратиться в российский офис ЮНИСЕФ и потребовать вернуть ребёнка. Но на практике реализовать это пока не выходит. Россия, по словам министра, всё ещё не предоставила Украине никакой информации о вывезенных сиротах.

На сегодняшний день, как говорит Лазебная, точно известны имена, фамилии и даты рождения лишь сорока детей из мариупольских детдомов семейного типа и приёмных семей, которых точно вывезли в РФ и на территории, оккупированные Россией, без согласия Украины.

«Если бы российская сторона проявила хоть немного человечности, она бы нам хотя бы сказала: „Столько-то и столько-то ваших детей мы увезли из Мариуполя. Давайте обсудим, что с ними будет дальше“, — говорит Лазебная. — Но они с нами вообще не общаются».

Лазебная утверждает, что написала личное письмо по поводу вывезенных в Россию детей каждому члену Комитета ООН по правам человека и обратилась к 17 странам с просьбой инициировать специальную сессию по «насильственному перемещению» украинских детей».

Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал

«Ничего святого»

Тем временем российские власти ещё несколько месяцев назад заговорили о том, что в стране могут начать определять детей с Донбасса в семьи. В начале апреля заместитель председателя Госдумы РФ и бывший детский омбудсмен Анна Кузнецова говорила, что «дня не прошло», чтобы люди не написали о своем желании помочь сиротам с территории ДНР и принять их в свою семью.

Также Кузнецова дала большое интервью YouTube-каналу «Изнанка. Женщины» и подробно рассказала, как Россия «спасает сирот» из ДНР и ЛНР и каким опасностям подвергает их жизни Украина. Например, она заявила, что «нацбаты расстреливают детей Донбасса в спины».

Что касается незаконной эвакуации детей, то Кузнецова говорит, что именно Украина вывозит детей в неизвестном направлении перед тем, как российская армия приходит в украинский город и «освобождает» его.

«Целыми сиротскими учреждениями берут и вывозят, — рассказывает Кузнецова. — Куда вывезли? Литовской прокуратурой был выявлен факт незаконного усыновления на территории другого государства (расследование по делу пока не завершилось. — Прим. „Вёрстки“). Вы представляете? Условно законные представители начинают раздавать детей гражданам других государств. Как разыскивать их там?».

Анна Кузнецова
Кадр: Изнанка. Женщины / YouTube

Кузнецова сказала, что, по её мнению, возможно, стоило бы запретить выезд сиротским учреждениям с тех территорий, которые вскоре должны быть «освобождены» российской армией. Но она добавила, что на сегодняшний день нет правовых инструментов, чтобы это реализовать. Она также сказала, что располагает списком «родительских детей» из Украины, которые пропали без вести. «Это ещё раз доказывает, с кем мы имеем дело. Ничего святого», — подчеркнула она.

При этом Кузнецова ещё в начале апреля предположила, что в России через некоторое время может стать возможным определение в семьи детей из ДНР и ЛНР даже без принятия ими гражданства. По её словам, для этого государства (Кузнецова считает ЛНР и ДНР государствами. — Прим. ред.) должны заключить специальный «международный договор», который ратифицирует Госдума.

Она объяснила, как может исполняться этот «договор». По её мнению, для родителей, которые примут детей из самопровозглашённых республик, будет установлен постусыновительный контроль. «Луганск и Донецк, если ребёночек попадёт в нашу семью, будет писать запрос и спрашивать: „Как там наш малыш поживает?“. Соответствующие органы посмотрят, проверят и ответят: „Хорошо, всё нормально, лечимся“», — объяснила она. Как скоро после заключения «международного договора» с Донбассом дети-граждане РФ могут быть усыновлены в России, неизвестно.

В интервью Кузнецова также «раскрыла секрет» и сообщила, что уже договорилась с Московской областью о том, чтобы там подобрали семью для девочки с инвалидностью. «У них очень много кандидатов, они подбирают. Мы скорее-скорее уже с министерством составили типовой договор, какие у нас есть с другими государствами. Как можно скорее надо всё это сделать, чтобы Надя в семью ушла. Холодно в сиротских учреждениях», — сказала она.

При этом, как объясняет адвокат Ольга Гнездилова, договор, о котором говорит Кузнецова, не может иметь юридической силы. Ведь с точки зрения международного права ДНР и ЛНР не существует: они не члены ООН, у них нет правосубъектности и они остаются оккупированной территорией Украины.

«Женевская Конвенция о защите гражданского населения во время войны запрещает перемещать детей с территории боевых действий на территорию государства-агрессора. Им должны быть предоставлены гуманитарные коридоры в безопасную зону их родной страны или нейтральную страну, — говорит Гнездилова. — До 18 лет дети не могут принимать такие решения самостоятельно, и об их перемещении можно говорить как о насильственном. Если же вывоз детей рассматривать как спасение их от бомбёжек, то Россия должна вернуть их Украине сейчас, они могут быть размещены в регионах, где боевые действия не ведутся».

«Военный синдром»

Пока для усыновления украинских детей готовится законодательная база, 27 детей из самопровозглашённой ДНР уже находятся под временной опекой в семьях жителей Подмосковья. Об этом «Вёрстке» сообщила омбудсмен по правам ребёнка в Московской области Ксения Мишонова.

Дети приехали в регион 23 апреля. На перроне их встречал губернатор области Андрей Воробьёв. «Ребятам и семьям желаю только счастья! А у нас впереди важная работа: подготовить законную возможность усыновить этих детей», — отметил губернатор, общаясь в тот день с журналистами.

На официальном сайте уполномоченного при Президенте по правам ребёнка говорится, что 18 детей приехали из «Ромашки», два ребёнка — из детского центра «Спутник» в Ростовской области, и ещё несколько детей временно находились в интернатах в Нижнем Новгороде и в Курске.

Фото: пресс-служба Губернатора Московской области

Омбудсмен Ксения Мишонова рассказала «Вёрстке», как детям выбирали временные приёмные семьи. Она объяснила, что главным критерием был опыт приёмного родительства. Никаких специальных курсов взрослым не потребовалось, несмотря на то, что, по её же словам, у детей может быть «военный синдром» и им нужен особый подход.

«Это дети, которые длительное время находились в сиротских учреждениях, они видели военные действия. Всё это накладывает отпечаток, — сказала Мишонова. — При подборе кандидатов мы постарались учесть и индивидуальные особенности детей, и желание родителей принять всех братьев и сестёр вместе и так далее».

В Московской области, по словам омбудсмена, дети сразу пошли в школу и в детские сады, стали посещать кружки.

При этом омбудсмен считает, что нет причин торопиться с усыновлением этих детей. То, что они находятся под временной опекой, уже хорошо. Тем более что на сегодняшний день для усыновления всё ещё нет юридических возможностей.

«Я не вижу каких-то обстоятельств, требующих именно усыновления этих детишек, — говорит Мишонова. — Пока в республиках Донбасса запрещено усыновление иностранцами, мы не можем это сделать. Поэтому мы и предлагаем приёмное родительство».

Что касается эвакуации детей из ДНР в Россию, то, по словам омбудсмена, она стала возможной благодаря «дополнительным соглашениям» между ведомствами республики и РФ (содержание этих соглашений «Вёрстке» неизвестно. — Прим. ред.).

При этом, по мнению Мишоновой, президентский указ об упрощённой процедуре получения гражданства «уберёт последние препятствия для того, чтобы дети могли жить и воспитываться» в российских семьях.

Омбудсмен рассказывает, что она сопровождала сирот в их поездке в Московскую область и отметила, что дети постоянно спрашивали, не вернут ли их назад. По её мнению, они очень хотели попасть в семьи и переживали, что этого может не случиться.

«Им было очень важно снова обрести родителей. Многие не могли даже в это поверить, — говорит омбудсмен. — И первое время, уже живя в семьях, они очень боялись, что все, кто приезжает их навестить, пришли их забрать обратно в детские дома».

Кадр: Телеканал 360°

Вместе с Мишоновой в поезде из Ростова-на-Дону с сиротами ехала съёмочная группа телеканала «360°» и записывала кадры для специального репортажа о встрече детей с их приёмными семьями. На видео корреспондент обнимает девочку Олесю из донецкой школы-интерната, которая называет её мамой, и записывает стендап в проходе плацкарта. Дети хором говорят, что едут «домой».

Оператор издалека снимает Вику, сестру Олеси, которая лежит на верхней полке плацкарта, отвернувшись, пока педагог-психолог предлагает ей шарик. Оказывается, Вика боится камер. Корреспондент за кадром поясняет, что ребёнок пугался и отходил каждый раз, когда к ней приближался оператор.

В одном из эпизодов корреспондент организует для девочек звонок по видеосвязи с семьёй, которая готовится их принять. В кадре сёстрам предлагают сказать пока ещё незнакомой женщине: «Мама, мы скоро будем».

Фото на обложке: Mirek Pruch­nic­ki / Flickr

Анна Рыжкова, при участии Петры Прохазковой